Судьба, опаленная атомом.

Фото: 74.mchs.gov.ru

В день 32-летия аварии на Чернобыльской АЭС мы снова пытаемся осмыслить те трагические события через судьбы людей. О судьбе одного из участников ликвидации этой катастрофы, ветеране подразделений особого риска, участнике испытаний ядерного оружия на Семипалатинском полигоне, сотруднике Миасского пожарно-спасательного гарнизона Алексее Митюнине – наш рассказ.  

 Первые шаги

Впервые с атомной проблематикой Алексей столкнулся в 1978 году, поступив на учебу в Саратовское высшее военное инженерное училище химической защиты. В те годы это было единственное в Советском Союзе учебное заведение, где готовили военных инженеров-химиков. Основными предметами изучения в нем были ядерное, химическое, биологическое оружие и средства защиты от его поражающих факторов. Свойства оружия массового поражения Алексей изучал не только в учебных аудиториях, но и на военных полигонах. Так, ему пришлось на себе испытывать защитные свойства специальной химической одежды при прохождении через облако реального боевого отравляющего вещества на полигоне химических войск под городом Вольском.

Изучал он и поражающие факторы ядерного оружия, не предполагая, что в будущем ему придется исследовать места его применения на ядерных полигонах, шагая по корке земли, оплавленной  чудовищной температурой ядерных взрывов.

Спустя пять лет учебы Алексей получил диплом, в котором значилась специальность «Военная химия, вооружение химических войск и средства защиты» и по распределению попал на службу в 12-е Главное управление Министерства обороны СССР.

 Служба на Семипалатинском полигоне

В 1983 году я начал свою военную службу в звании лейтенанта в войсковой части 52605 на территории Семипалатинского испытательного ядерного полигона. Чтобы добраться туда, пришлось проехать от Москвы 3 тысячи километров, добраться до казахстанского города Семипалатинск, а затем, проехав еще более ста километров, достичь станции «Конечная». Когда вышел на станции, сразу понял, почему она имела такое название – наш поезд уперся в тупик, железнодорожные пути закончились, а служба началась.

Первые полтора года я прослужил в линейных войсках, бегал с автоматом по казахстанским степям, учил военному делу подчиненных мне солдат. Затем получил предложение перейти на службу в научные подразделения ядерного полигона. Так зимой 1985 года я занял должность инженера-испытателя в научно-испытательном отделе, который занимался радиационными и физическими исследованиями при испытаниях ядерного оружия. Наша работа заключалась в том, что мы следили за обстановкой в районе проведения испытаний, прослеживали поведение радиоактивного облака, которое по международным соглашениям не должно было выйти за границы Советского Союза.

Естественно, что для выполнения такого рода работ имелась соответствующая аппаратура: датчики, позволяющие проводить измерения радиоактивного излучения  в диапазоне до 100 000 рентген в час, большая лабораторная база для исследования проб объектов окружающей среды, самолеты-лаборатории для аэрогаммасъемки местности и многое другое. По уровню обеспечения оборудованием, специалистами и возможностям по лабораторному измерению большого количества проб на наличие радиоактивных веществ, это было, пожалуй, одно из самых боеспособных подразделений в стране.  

Я проработал в этом научном отделе более 10 лет, непосредственно участвовал в тридцати подземных ядерных испытаниях. В те годы меня захватила романтика полевой жизни, сознание того, что ты находишься на передовом рубеже военной атомной науки, участвуешь в исторически значимых событиях. В период проведения опытов в городок испытателей и на полигонные площадки приезжало множество учёных и технических работников, которые прибывали в Казахстан со всего Советского Союза. Это была научная элита СССР, с этими людьми было очень интересно общаться. Естественно, в такой творческой среде оставаться простым человеком было неинтересно, приходилось много заниматься самообразованием и саморазвитием.

 Атомное озеро

Кроме рутинной работы на подземных ядерных испытаниях, периодически приходилось работать и на исторических объектах полигона. Так, наша лаборатория участвовала в исследованиях последствий ядерного взрыва, в результате которого образовалось так называемое «атомное озеро».

«Атомное озеро» (Атом-Куль, как его называют местные жители) появилось на испытательной площадке Балапан в результате взрыва термоядерного боезаряда мощностью в 140 килотонн, произведенного в середине января 1965 года в районе слияния двух главных рек региона – Ащису и Шаган. После взрыва образовалась воронка диаметром 500 метров и глубиной 80 метров, которая впоследствии была заполнена водой. Этот взрыв был первым в СССР экспериментом по созданию искусственных водоёмов в засушливых районах. 

Со временем, в этот водоем, было заселено несколько видов рыб, радиоактивность которых мы время от времени и изучали.

 В полости ядерного взрыва

Еще одним запомнившимся эпизодом работы на полигоне является экспедиция в полость подземного ядерного взрыва. В горах Дегелен испытатели-исследователи несколько раз проникали в котловые полости, образовавшиеся после подземных ядерных испытаний. Мне посчастливилось попасть с группу испытателей, исследовавших полость ядерного взрыва в штольне № 190, двойное ядерное испытание в которой было проведено 15 апреля 1984 года.

Выглядело это так. У портала штольни группа исследователей переодевается в комбинезоны, прикрепляет на каски шахтерские фонарики, берет с собой дозиметры. Первыми в штольню входят горноспасатели – на них лежит ответственность за горную безопасность участников экспедиции. Впереди путь длиной около двух километров. До взрыва боевая штольня – это длинный тоннель размером примерно 2,5х2,5 метра, пробитый в теле гранитной горы проходчиками-метростроителями. После ядерного испытания, когда в чреве горы взорвался ядерный заряд, весь свободный объем штольни завален обрушившейся в нее горной породой. Шурша камнями, испытатели отправляются в путь. Сначала двигаются в полный рост, но чем дальше от портала штольни, тем чаще приходится забираться на высокие завалы из камней и гранитных плит и проползать ползком сквозь расщелины.

Вот, наконец, и лаз, открытый первооткрывателями полости – узкая щель в завале, за которой долгожданная цель экспедиции: полость ядерного взрыва. Это достаточно просторное помещение высотой 25-30 метров, в центре которого высокий навал из обломков породы. На стенах полости - расплав черного и светло-коричневого цвета, местами мазки зеленого цвета – последствия испарения и конденсации цветных металлов, содержавшихся в конструкции ядерного заряда.          Средний уровень радиации относительно невысокий - 7-10 миллирентген в час (вплотную к расплаву на стенках полости – до 100-150 мр/ч). Но находиться здесь долго нельзя, т.к. можно перебрать предельно допустимую годовую дозу облучения и стать на год невыездным на испытания. Поэтому все работают быстро, каждый по своей программе: я занимаюсь отбором проб расплава со стенок полости, кто-то описанием ее внешнего вида, есть работа и дозиметристам, и горноспасателям.   

На сегодняшний день порталы всех штолен ядерного полигона завалены и доступ в них невозможен. Никогда больше человек не сможет увидеть мистическую красоту полости ядерного взрыва.

 Катастрофа на Чернобыльской АЭС

В конце апреля 1986 года мы готовились к проведению очередного ядерного испытания на одной из отдаленных площадок полигона. Внезапно пришло указание сворачивать все работы и возвращаться на «большую землю». Прибыв в наш отдел, мы узнали, что из Москвы пришел приказ о приведении в полную боевую готовность подразделений радиохимического, медико-биологического отделов и службы радиационной безопасности полигона, а также авиационной техники для проведения радиационной разведки.

О том, что на какой-то атомной станции произошла авария, говорили шепотом – информация была секретной. Уже 29 апреля в район аварии на Чернобыльской АЭС для проведения радиационной разведки вылетел наш самолет-лаборатория АН-30РР. А в начале мая к нам стали прибывать сотни высокорадиоактивных проб из зоны аварии ( заметим, что Семипалатинского полигона до Чернобыля было более 4-х тысяч километров ). Каждые три дня прибывал новый борт, загруженный пробами грунта, воды, растительности и пр. Необходимо было провести все измерения, обработать данные и послать их в Москву шифротелеграммой, все работы были засекречены. Лаборатория перешла на круглосуточный режим работы.

Работали с большой отдачей, понимая, что никто кроме нас такого вала проб измерить просто не в состоянии. В таком режиме проработали больше года. За это время нашими специалистами было проанализировано свыше 12 тысяч проб объектов внешней среды и биообъектов из района аварии. По результатам этих измерений составлялись карты радиоактивного загрязнения территорий, разрабатывались рекомендации и предложения для Правительственной комиссии.

Одновременно сотрудники полигона начали командироваться в Чернобыль для научного сопровождения аварийно-восстановительных работ. Наши специалисты участвовали в  работах по дезактивации крыш 3 и 4-го энергоблоков, анализе радиационной обстановки вокруг разрушенного блока.

 В зоне отчуждения

Осенью 1987 года подошла и моя очередь лететь в Чернобыль. Мне тогда шел 25-й год, и я подозреваю, что руководство отдела не спешило командировать в опасную зону молодежь, хотя старшие товарищи уже по нескольку месяцев отработали в зоне отчуждения.

Всю свою трехмесячную командировку я проработал в Чернобыле в лаборатории 1039 научного центра Министерства обороны СССР и Припяти, ( городе спутнике Чернобыльской АЭС ). В мои обязанности входили ежедневный объезд на химической разведывательной машине БРДМ-РХ района вокруг атомной станции и съемка фильтров со специальной аппаратуры, прокачивающей через них воздух. Таким образом контролировалось наличие радиоактивных аэрозолей в воздухе и влияние на радиационную обстановку различных, проводимых в этом районе работ.

Кроме этого было много вертолетных вылетов в районы Украины и Белоруссии, из которых было эвакуировано население. В этот период руководство страны решало вопрос о возможной реэвакуации населения, возвращения людей в свои дома. Наши исследования показали, что это преждевременно: села и природные объекты были загрязнены радиоактивными веществам значительно выше нормы. К счастью, до реэвакуации населения, дело тогда так и не дошло, хотя многие решения руководства страны при ликвидации последствий чернобыльской катастрофы были обусловлены не столько научным подходом, сколько политическим.

Вообще, работа в Чернобыле сделала меня более свободным человеком. Я увидел, к чему может привести бездумное и беспредельное использование опасных технологий. Там я понял, что каждый человек может сделать немало полезного, если он честно выполняет свою работу, не прогибается перед вышестоящим руководством, защищает собственную позицию.

В то время, это было не так уж и просто – руководящую роль коммунистической партии никто не отменял. В нашем научном центре тоже был свой политработник, который за свою короткую командировку успел написать и издать брошюру «Партийно-политическая работа в условиях повышенной радиации». Но, все же, в зоне отчуждения партийные работники – проводники политики партии - вели себя довольно скромно. 

 

Атомная судьба

Исследовательская натура, научное осмысление действительности не дают Алексею Юрьевичу покоя и сегодня. Периодически из-под его пера выходят статьи, доклады и произведения более крупного формата, связанные с историей крупных техногенных (в т.ч., радиационных) инцидентов, аварий и катастроф.

Большой популярностью пользуется его статья «Атомный штрафбат», посвященная истории и проблемам ликвидации последствий крупных радиационных аварий в нашей стране. В различных вариантах она была опубликована в крупных отечественных изданиях: журналах «Экология и право», «Атомная стратегия», «Гражданская зашита», еженедельнике «Независимое военное обозрение», газетах «Пост Чернобыль» и «Зеленый мир». С лета 2010 г. эта статья включена группой ученых, изучающих читательские предпочтения молодежи, в «Рекомендации по чтению для школьников и студентов».

Другим, очень популярным (судя по цитированию в сети Интернет) «атомным» произведением Алексея Юрьевича является его работа «Взбесившийся атом. Трагическая хроника атомной эпохи». В течение почти целого года она публиковалась в ежемесячном иллюстрированном научно-методическом и практическом издании МЧС России «Гражданская зашита». Это большая работа (описание более 800 аварийных событий радиационного характера) на сегодняшний день является крупнейшим русскоязычным обзором радиационных инцидентов, аварий и катастроф, произошедших в мире с конца XIX века до наших дней. «Взбесившийся атом» сегодня цитируется не только научными и популярными изданиями, но и такими крупными информационными агентствами как «РИА Новости» и «ТАСС».

Еще одним крупным проектом, которым занимается наш герой, является написание и издание серии статей «Хроники забытых катастроф» (о крупнейших техногенных авариях ХХ века). Эти статьи публикуются в том числе и в журнале «Основы безопасности жизнедеятельности», предназначенном для преподавателей школ и вузов. Значительная часть этих статей посвящена авариям радиационного характера.

Свои богатые знания и опыт в области радиационной безопасности Алексей Юрьевич использует и для организации помощи населению Челябинской области, пострадавшему в результате радиационной аварии, произошедшей на ПО «Маяк» в 1957 году.

В 2001 году я с товарищами организовал социально-экологическое общественное движение «Содействие  защите  населения», основными целями  которого является объединение интеллектуальных, материальных и организационных возможностей для защиты экологических прав и интересов населения, проживающего в экологически неблагополучных районах, подвергшихся радиоактивному загрязнению.

С 2006 года движение реализует программу поддержки летнего оздоровления детей, постоянно проживающих на территориях Челябинской области, пострадавших вследствие радиационных аварий на ПО «Маяк». В течение последних 10 лет при финансовой поддержке различных организаций, в т.ч. государственной корпорации «Росатом», для этой категории детей были организованы загородные оздоровительно-образовательные лагеря, в которых прошли оздоровление более 900 детей из 4-х сел с радиоактивно загрязненных прибрежных территорий реки Теча и сельских поселений, находящихся вблизи границ Восточно-Уральского радиоактивного следа.

В 2015 году Алексей Юрьевич подготовил проект по изучению исторического и этнокультурного наследия поставарийных территорий Челябинской области. Драматическим историческим казусом при реализации на Южном Урале советского атомного проекта явился тот факт, что произошедшая в середине прошлого века на ПО «Маяк» радиационная катастрофа, по роковому стечению обстоятельств, стала причиной уничтожения почти пятидесяти населенных пунктов исторического центра первой волны русской колонизации этого региона в XVII-XVIII веках. Несмотря на то, что многие из уничтоженных вследствие радиационных катастроф сельских поселений имели долгую (зачастую, многовековую) историю, они очень слабо исторически изучены.

Поэтому Алексей Юрьевич подготовил план необходимых историко-краеведческих и архивных исследований, разработал маршрут экспедиции по местам нахождения уничтоженных населенных пунктов, а самое главное – заручился поддержкой крупнейший уральских историков и краеведов, музееведов и архивистов. К этой работе также планируется привлечь волонтеров из числа местных школьников и студентов.

Идеи своих проектов Алексей Митюнин озвучивает на различных конференциях и форумах. Например, в прошлом году он выступил с докладом «Мартиролог уральских радиоактивных деревень. Сохранение исторического и этнокультурного наследия поставарийных территорий Челябинской области». В ноябре 2016 года Алексей Юрьевич выступит с докладом об историческом наследии территорий, пострадавших вследствие радиационных катастроф на ПО «Маяк», на XII региональной музейной конференции, которую организует Челябинский государственный краеведческий музей.

Еще одним постоянно действующим проектом, организованным Алексеем Юрьевичем, является сбор устной истории граждан, отселенных с радиоактивно загрязненных территорий. Этот проект осуществляется им во взаимодействии с группой преподавателей и студентов-филологов Миасского филиала Челябинского государственного университета.

Вот такова судьба человека, связанного с атомной темой. «Атомная судьба» может однажды с какого-то события начаться, но закончиться она уже не сможет никогда.    

 

 
По теме
Свалку в Челябинске закрыли - Lentachel.Ru В Челябинске вынесено историческое решение о закрытии городской свалки. Будем надеяться, что это окончательное решение.
19.08.2018
 
 
Температура воздуха на Южном Урале опустится до 0 градусов - Агентство новостей Доступ Ночью 19 августа в низинах Челябинской области температура воздуха опустится до 0-5 градусов, передает корреспондент Агентства новостей «Доступ» со ссылкой на сообщение синоптиков.
18.08.2018
 
В Карталинском районе холодает - Карталинская новь Особенно это будет заметно ночью, когда температура опустится ниже +10 градусов На 18 августа синоптики прогнозируют облачную погоду с прояснениями.
17.08.2018
 
Грозы и дожди прогнозируют южноуральцам в эти выходные - Агентство новостей Доступ В выходные, 18 и 19 августа, в Челябинской области ожидается пасмурная, дождливая и ветреная погода – такой прогноз дают синоптики Челябинского Гидрометцентра, передает корреспондент Агентства новостей «Доступ».
17.08.2018
В октябре-ноябре 2015 года, Управлением Росприроднадзора по Челябинской области в отношении МУП «Многоотраслевое производственное объединение энергосетей» г. Трехгорный была проведена плановая выездная проверка.
17.08.2018 Росприроднадзор
Свалку в Челябинске закрыли - Lentachel.Ru В Челябинске вынесено историческое решение о закрытии городской свалки. Будем надеяться, что это окончательное решение.
19.08.2018 Lentachel.Ru
Садовый кооператив "Калибровщик-1" занимает 58 гектаров площади за посёлком Димитрова.
17.08.2018 Магнитогорский металл
Новая техника бьёт по несанкционированным свалкам. В районе железнодорожной станции Гумбейка специалистами ООО "Центр коммунального сервиса" ликвидирована несанкционированная свалка.
17.08.2018 Магнитогорский металл
Трагедия произошла накануне днем в Щучанском районе Курганской области. По данным ГУ МЧС, водитель за рулем бензовоза МАЗ на трассе Иртыш в районе населенного пункта Медведское влетел в ехавшую впереди "Газель".
19.08.2018 MediaЗавод
  Криминальные сводки сегодня по-прежнему остаются самыми читаемыми. Если верить статистике, то в день в Саткинском районе совершается несколько преступлений и правонарушений самого разного характера.
17.08.2018 Саткинский рабочий
obzor.io Почему женщина хранила в садовом домике 850 тысяч рублей, не сообщается, известно лишь, что деньги исчезли.
17.08.2018 Газета Спектр
Лауреат литературной премии "Русский букер" писатель Владимир Шаров во время пресс-конференции в гостинице "Золотое кольцо", 2014 год. ФОТО Михаил Метцель/ТАСС - КП Челябинск Писатель, создавший альтернативную русскую историю, скончался в возрасте 66 лет Евгения КОРОБКОВА В возрасте 66 лет умер от рака писатель Владимир Шаров, наш российский Умберто Эко, создавший свою гигантскую русскую историю.
18.08.2018 КП Челябинск
Варвара Луговская покорила бардовский Олимп, став грушинским лауреатом. На Волге, под Самарой, состоялся 45-й Всероссийский фестиваль авторской песни имени Валерия Грушина,
17.08.2018 Магнитогорский металл
Так необычно называлось мероприятие, которое организовали для детей работники центральной детской библиотеки.
18.08.2018 Октябрьская искра
Окончательно прояснилась "темная" история с кадрами, на которых якобы запечатлен игрок сборной России и одна из звезд ЧМ-2018 [видео] Евгений НЕСЫН @evgeniy_nesin На второй день после того,
18.08.2018 КП Челябинск
Южноуральские хоккейные клубы проводят благотворительную акцию. Сегодня в Челябинске состоятся решающие матчи Кубка губернатора по хоккею - финал и поединок за третье место.
17.08.2018 Магнитогорский металл
В связи с проведением планового обследования участков трубопроводов газотранспортной системы ООО «Газпром трансгаз Екатеринбург» с 21 августа в городе в течение двух дней будет отсутствовать горячее водоснабжение.
17.08.2018 Администрация г.о.Озерского